Он был наполнен множеством эпох…

Он был наполнен множеством эпох…
29 Октября 2003
Как-то я прочитала в одном из театральных журналов такую фразу: «…Театр – это дым, а актерские создания похожи на снежные статуи, ну, а если они подернуты дымкой времени, то от них может остаться одна пыль». Не могу полностью согласиться с автором этих строк, так как некоторые персонажи, сыгранные талантливыми актерами живут в памяти зрителя долгие, долгие годы.
Листаю пожелтевшие вырезки из старых газет, перечитываю театральные рецензии на спектакли с участием заслуженного артиста РСФСР Н.В. Удинцева, которому в эти дни (24 ноября) исполнилось бы 90 лет. Вспоминаю роли, которые он играл. И мне кажется, что я нахожусь отнюдь не среди Статуй, а брожу в каком-то удивительном доме, наполненном множеством разных эпох, возрастов и характеров. Есть среди них личности сильные, яркие, есть более бледные, затушеванные временем. Нет только неискренних, созданных артистом по схеме и шаблону.
Возраст драматического артиста определяется не годами, не амплуа, а жизнью человеческого духа, способностью создавать из сцены органический дом своей души. Такой дом однажды и навсегда обрели для себя в Ирбитском драматическом театре супруги Николай Владимирович и Лидия Ивановна Удинцевы. Более 60-ти лет творили они свою актерскую биографию на сцене нашего театра.
Своеобразна и не проста была судьба талантливого артиста Николая Владимировича Удинцева. Вместе с тем, она глубоко типична для актера советского театра, родившегося в таком небольшом провинциальном городке, как Ирбит. В семье Удинцевых было пятеро детей. Коля – самый младший. Желая хоть как-то помочь родителям он, будучи десятилетним мальчиком, пономарил в церкви. Но основным его увлечением были просмотры выступлений Синеблузников, популярных в 20-е годы. Наиболее ярким впечатлением детства, определившим дальнейший жизненный путь школьника Коли Кузнецова, была его встреча с руководителем школьного драмкружка, артистом и художником театра А.М. Кудрявцевым. Николай попросил школьного режиссера послушать его и по возможности принять в свой коллектив. Ну, а вскоре состоялся его дебют, да еще какой! Комсомолец Вася из спектакля «Наш паровоз», завоевал симпатии не только у своих одноклассников, но и у всей школы. А режиссер, похлопав по плечу юного артиста, произнес пророческую фразу: «Отлично справился. Поверь, что скоро ты будешь играть на профессиональной настоящей сцене. Обязательно будешь!» Позднее на школьной сцене Николаем Удинцевым были сыграны и другие роли, но, особенно запомнился его современникам Бобчинский из Гоголевского «Ревизора». Уже тогда в будущем актере проглядывали задатки комедийного таланта. Успехи в школьной самодеятельности еще больше укрепили желание посвятить себя театру. После окончания семилетки, в 1928 году Николай поступает в театр учеником гримера, но большую часть времени он пропадал за кулисами и впитывал в себя таинства репетиций и спектакли. Видя его стремление быть ближе к сцене, руководство театра направило юношу в Уральский театр Комедийного мастерства (Казахстан). Там он постигал науку речи, мастерство актера и даже искусство балета. Первой  профессиональном театре стала роль Бузило в пьесе «Человек и золото» Ломакиина.
Его первые учителя, опытные режиссеры тридцатых годов, заслуженный артист Казахской ССР Н.И. Курганский, М. Меркулов, А.С. Ковалевский, С.Д. Дальский помогли молодому артисту развить не только его творческое дарование, но и глубокое уважение к напряженному актерскому труду. Это чувство он сохранил на всю последующую жизнь.
1936 году в биографии Николая Владимировича произошло важное событие – он женился на Лидии Ивановне, коротая в последствии разделила интересы мужа, пройдя с ним весь жизненный путь. Они были партнерами не только в жизни, но и во многих спектаклях. В 30-е годы супруги работали в театрах Кургана, Кустаная и Кирова. Война оторвала Николая Владимировича от сцены на четыре года. Имея на руках броню, он мог бы спокойно работать в театре, но не таков был характер актера.
(Продолжение в след. номере)    

Записавшись добровольцем и попав в артиллерийский полк, солдат Удинцев прошагал немало километров по дорогам Белоруссии, Польши, Восточной Пруссии. Закончил войну под Кенигсбергом (Калининград). О войне, по словам дочери Татьяны Николаевны, отец почти никогда ничего не говорил. Не смотря на тяготы военного лихолетья, солдат Удинцев свято верил в победу и вселял эту веру в других бойцов. В своей части он был любимцем публики. В свободные минуты отдыха, скрашивая досуг бойцов, разыгрывал перед ними смешные сценки, пародировал товарищей, рассказывал стихи. Но, будучи худеньким, небольшого роста и не слишком крепкого телосложения, его нередко подстерегали болезни ног и язва. И солдаты, понимая, как тяжело их товарищу, подсаживали его на пушку и везли до тех пор, пока не полегчает.
Вскоре после войны Николай Владимирович вместе с супругой и старшим сыном Анатолием вернулись в родной для артиста Ирбит. За сорок пять лет творческой работы он дал жизнь стольким образам, что ими можно населить многоэтажный дом. Все, что делал на сцене Николай Владимирович в своих лучших ролях, воспринимается как чудо перевоплощения. Менялся не только внешний вид, но и душевный склад героев. Отличная черта которых – естественность. Актер с успехом играл сложнейшие роли мирового классического репертуара, которые требовали от него и настоящего таланта и зрелого мастерства. Им созданы яркие образы Алешки из пьесы Горького «На дне», Бальзаминова в Островском Труфальдино в «Слуге двух господ», Гольдони, Акима из «Власти тьмы», Толстого, Лепешкина из «Приваловских миллионов» и многие другие.
Но наиболее любимыми для артиста Удинцева были роли его современников – простых, земных мужиков. Простота, задушевность, чувство юмора и оптимизма – вот что привлекало актера в его героях. Веселый, остроумный дед Слива из «Стряпухи» А. Сафронова, дед Шукарь из «Поднятой целины» Шолохова, Шмага из «Без вины виноватые» Островского, участковый милиционер Ковалев в «Самом последнем дне» Б. Васильева.
Была его биографии и роль вождя пролетариата В.И. Ленина. Впервые он сыграл его в спектакле «Именем революции» М. Шатрова. Затем, в «Кремлевских курантах» Н. Погодина и «Юности отцов» - Горбатова. К «взятию вершины» Николай Владимирович готовился долго и упорно. Было прочитано множество книг, просмотрено немало документальных и художественных фильмов, прослушаны пластинки с речью Ленина. И роль получилась. В 1967 году Н. В. Удинцеву присвоили звание заслуженного артиста РСФСР.
Долгие годы, будучи ведущим артистом, много занятый в репертуаре, он вел большую общественную работу: секретарь партийной организации, член художественного совета, частый гость в школах и учебных заведениях, председатель отделения ВТО. Говорят, что он принадлежал к довольно редкой категории актеров, не испытывающих мелких самолюбивых терзаний. Любовь к театру в нем была сильнее любви к самому себе. И это счастливое чувство оберегало его от душевного измельчения. У него единственного из артистов, ветеранов 50-70-х годов, не было в театре юбилейного торжества. Он сам, в первую очередь, всегда помнил о тех, кто составлял славу Ирбитскому театру, выбивал для артистов квартиры, устраивал в садик детей, организовал и добился захоронения актеров, ушедших из жизни в одном месте.
Нередко свои опыт, незаурядное мастерство, время и силы он передавал молодежи – самодеятельным коллективам. Мотозаводцы помнят его по спектаклям «Чудесный сплав», «Глубокие корни» и «Человек с ружьем». Работал он и на стекольном заводе. Там была поставлена пьеса Островского «Не все коту масленица» и много одноактных пьес. Большую работу по организации художественной самодеятельности Н.В. Удинцев проводил в клубе автоприцепного завода, в Доме учителя и Доме пионеров. Он был не только актером по своей сути, но и великолепным режиссером. Немало его учеников из самодеятельности стали впоследствии профессиональными артистами. Среди них А.Г. Матушкин – сегодня он возглавляет Ирбитский театр, Н.И. Корякина, А.П. Петухов.
Выйдя на заслуженный отдых, он долгое время получал очень маленькую пенсию, хотя, имея звание, ему было положено получать персональную. Когда кто-то советовал обратиться ему в Собес для пересмотра пенсий, он отмахивался: «Зачем, мол, людям надоедать». Так бы, наверное, до конца жизни не поинтересовался, почему ему платят меньше положенного, если бы не заступилась за него одна знакомая. Она и выяснила причину несправедливого отношения к артисту.
Последней ролью, в которой  ирбитчане увидели своего любимого артиста, была роль учителя Криницына в спектакле «Тревога» Петрашкевича. Николай Владимирович уже не работал в театре, когда режиссер Е.Д. Вялков приступил к постановке над этим спектаклем. Он посчитал, что именно Николай Владимирович, как никто подходит на эту роль. И не ошибся. Спектакль получил высокую оценку не только в Ирбите и области, но и принял участие в фестивале, проходившем в городе на Неве, завоевав диплом.
А каким же был Николай Владимирович вне театра, в домашней обстановке? С этим вопросом я обратилась к его дочери Татьяне.
- Это был бесконечно любящий и заботливый отец. Он умел делать в доме буквально все- починить водопровод, сложить печь, сшить любую вещь. приготовить вкусный обед. А в свободное время любил играть в бильярд или возился с голубями, фотографией. Он был удивительно щедрым, жизнелюбивым человеком. Запасы его творческой энергии, казалось, не иссякнут никогда. Нас, детей, он оберегал как мог. Никогда не повышал голоса, в свободные минуты и часы играл с нами в разные игры. Очень мы любили праздничные дни, так называемые пельмениады. Вся семья в ожидании гостей лепила множество пельменей. А потом шутки, смех, веселье заполняли всю нашу квартиру. Папа был зачинщиком этих праздников.
Лидия Ивановна и Николай Владимирович прожили вместе более сорока лет. Вырастили троих детей. К сожалению, рано ушел из жизни старший сын – Анатолий, живший в Москве, который был военным и пробовал свои силы как писатель. Главы из его книги о войне были опубликованы на страницах «Восхода». Средний сын Володя живет в Екатеринбурге, он доцент УГТУ-УПИ. А Татьяна с дочерью Ольгой остались жить в родном отцовском доме, она работает в педучилище преподавателем музыки.
Последствия войны, контузия, разные болезни не способствовали продолжительности жизни артиста. 27 ноября 1978 года Николая Владимировича не стало. Он умер во время операции, проожив всего 65 лет.
Начиная писать о нем я не ставила своей целью нарисовать законченный творческий портрет актера. Хотелось лишь напомнить ирбитчанам о человеке, чье имя когда-то не сходило с уст любителей театра и почитателей таланта прекрасного артиста.

Светлана Вялкова






ООО "Печатный вал" (новости)
Александр Камянчук (краеведение)