История Ирбитского театра (1845 - 1917 гг.)

История Ирбитского театра (1845 - 1917 гг.)
История дореволюционного театра в Ирбите так же, как и театральная культура Екатеринбурга и Перми, — интересная и своеобразная глава в истории русского провинциального театра, неразрывно связанная со знаменитой Ирбитской ярмаркой.
Первое письменное упоминание о театральном действии в Ирбите относится к 1800 году — городничий Хвощинский отрапортовал о сборе акцизных денег: «Для представления театров приезжают из разных городов сюда во время ярмарки». Немногие маленькие города могут похвастаться наличием своего театра. Ирбит по праву может гордиться своим театром. Несмотря на то, что здание за свою историю не раз горело, а потом заново отстраивалось, оно по-прежнему стоит на той улице и в том месте, где его когда-то построили — на улице Екатеринбургской, ныне Орджоникидзе.
Приезжим купцам Ирбитской ярмарки нужны были развлечения, увеселительные представле­ния, чтобы как-то скрасить корот­кие зимние дни, снять напряжение от торговых потуг.
Именно ярмарка побудила от­цов города и местное население к строительству красивых камен­ных жилых домов, торговых и зрелищных заведений, театра.
Первое деревянное здание театра было построено весной 1845 года. Театр состоял из лож, кресел, за которыми располага­лись партер, амфитеатр и галерея. Театр был возведен на болотистом месте и находился на ул. Кривой (ныне ул. Калинина).
Весьма примечателен тот факт, что изначально здание пассажа возводилось для театральных представлений. Ирбитская городская управа решила построить большое каменное здание у торговой площади на сухом месте. К 1864 году строительство было закончено, однако антрепренер не согласился на арендную плату в 600 рублей за один сезон. Впоследствии здание пассажа было передано купечеству для размещения магазинов.
Открытие первого театраль­ного сезона состоялось 1 февра­ля 1846 года спектаклем по комедии Н. В. Гоголя “Ревизор”. Фейерверк, иллюминация, колокольный звон возвестили о начале театральной эпохи в Ирбите. Антрепренером первой театральной труппы был известный на Урале режиссер и актер Петр Алексеевич Соколов. В труппу входили профессиональные акте­ры и крепостные, взятые на об­рок из села Спасское-Лутовиново Орловской губернии у поме­щицы В. П. Тургеневой, матери И. С. Тургенева (она имела свой театр с большой труппой актеров, музыкантов и певчих, и даже спе­циальную школу при нем).
Петр Алексеевич Соколов играл в спектакле образ Городничего, Хлестакова — В. В. Головинский. П. А. Соколов поста­вил в Ирбите ряд пьес А. Н. Островского.
К сожалению, в ирбитских архивах не сохранилось каких-либо материалов о первом спектакле Соколовской труппы. Жену Городничего Анну Андреевну играла М.Ф. Романовская. Сам Яков Андреевич Романовский (Воденов) выступал в роли судьи Ляпкина-Тяпкина. Слуга Хлестакова Осип был любимой ролью популярного комика Михаила Тимофеевича Михайлова, а актер Косяковский был Уховертовым.
Примадонной первой театральной труппы была Евдокия Алексеевна Иванова, гражданская жена Соколова, воспитанница крепост­ного театра В. П. Тургеневой, откуда девочкой в числе других она была взята на оброк П.А. Соколовым, а в 1845 году выкуплена им на волю. В первые годы она выступала главным образом в ба­лете, а в 16 лет стала репертуарной актрисой. Исполняла первые роли в операх и водевилях. Иванова по­служила прототипом некоторых произведений Д. Н. Мамина-Сибиряка. На ирбитской сцене она вы­ступала и в последующие годы в составе труппы Н. А. Клепинина, М. А. Завадского и других артис­тов. Рецензенты столичных журналов так писали о Е.А. Ивановой: «Госпожа Иванова одарена большим талантом: она и прекрасная актриса и превосходная певица. Голос имеет сильный, звонкий, читый, свободный… Роли свои…тщательно выученные и приготовленные, выполняет чудесно…Она любимица нашей публики..»
Неоспоримы заслуги Е.А. Ивановой в ста­новлении целого ряда театров: в Екатеринбурге, Тобольске, Иркутске, Ирбите…
Высокий профессиональный уровень имел оркестр труппы, который Соколов привез из Казани. Он сразу же завоевал признание, и музыкантов приглашали еще и в частные дома для обслуживания семейных праздников.
Ирбит сыграл в судьбе Соколова и роковую роль: в 1857 году ирбитская антреприза оказалась настолько убыточной, что Петру Алексеевичу нечем было заплатить актерам.
Весной 1857 года после скандального ухода из труппы Петра Алексеевича Соколова, который по возвращении с гастролей на Ирбитской ярмарке «не объявив никому, и не выплатив жалования скрылся», руководство труппой перешло к В. В. Головинскому. Он многие годы был премьером в труппе Н. А. Соколова. Его игру одобрял сам Михаил Семенович Щепкин, выступавший с ним на гастролях в Казани (1836).
Го­ловинский выступал в ролях Репетилова (“Горе от ума”), Торопки (“Аскольдова могила”) и ряде других. Исполнял первые роли в операх и водевилях, хорошо пел (тенор). О Головинском нужно сказать отдельно. Василий Васильевич Головинский /Головин/ (около 1809-1880), ведущий актер и антрепренер Екатеринбургской труппы. В молодости Василий Васильевич начинал служить как канцелярист по родовому праву. Однако потом избрал актерскую стезю. У Головинского, по-видимому, было несколько детей, из которых точно известны двое. Леонид (1849-1906), игравший в театре на Урале и по России, и Елизавета, ставшая супругой Анания Дорофеевича Херувимова. В результате этого брака Ананий Дорофеевич становится полноправным членом Екатеринбургской труппы, одним из ее ведущих актеров. На ирбитской сцене В. В. Головинский был антрепренером до 1868 года. Затем А. Д. Херувимов - зять В. В. Головинского держал труппу в Ирбите семь лет (1868 — 1875 г.).
Родом Ананий Дорофеевич Херувимов был с Полтавщины, из купеческой семьи. Учился в Мос­ковском училище живописи и вая­ния. В 1857 году держал экзамен на звание художника в Академии художеств. Играл роли: Краснов (“Грех да беда”) Телятев (“Беше­ные деньги”), Коркин (“Кашир­ская старина”), Кречинский (“Свадьба Кречинского”) и дру­гие. В дивертисментах показывал фокусы. Устраивал фейерверки. В 1866 — 1867 годах на Ирбитской ярмарке имел фотосалон. В труп­пе успехом пользовалась его жена Е. В. Херувимова. В 1862 году в “Московском вестнике” она была примадонной, отмечены ее “водевильность, живость, умение петь, танцевать”. Пермский губернатор назвал её в числе лучших артистов труппы.
В труппе были и другие извест­ные актеры: М. Т. Муравьев, М. Т. Михайлов, Н. С. Вехтер и дру­гие.
Большим успехом у зрителей пользовалась, в частности, прима­донна А. Я. Романовская в пьесах: “Испанский дворянин”, “Самоуп­равцы” и других.
В номерах “Ирбитского ярма­рочного листка» за 1869 год опи­сывается любопытный случай, про­исшедший с А. Я. Романовской. “10 февраля в час по полудни, во время происходящего в театре представления, потомственный дворянин Григорий Петров — Ка­лустов, 22 лет от роду, выстрелом из револьвера ранил пулею нахо­дившуюся на сцене Анну Яковлевну Романовскую. О причинах, побудивших Калустова совершить преступление, он в данных ответах судебному следователю сказал следующее: “Выстрелил в Рома­новскую из револьвера с ранее обдуманным намерением. Причи­ну, побудившую меня совершить покушение на жизнь госпожи Ро­мановской, объяснять не же­лаю”. По заверению врача, жизнь артистки Романовской не представляет опасности”.
В 1876 — 77 г. антрепренером был екатеринбургский помещик, владелец винокуренного завода, гласный городской думы (1876 — 1891 гг.), член ее театральной ко­миссии, председатель уездной земской управы, почетный миро­вой судья Николай Андреевич Клепиков. Большой любитель те­атра он сам участвовал в люби­тельских спектаклях. Его труппа воскресила лучшие традиции те­атра времен П. А. Соколова и В. В. Головинского. “Такой труппы никогда не бы­вало в пределах нашей губернии и во многих других провинциях. Мы выходили тогда из театра до­вольные, без сожаления о поте­рянном времени и выносили с со­бой богатый запас впечатлений, пробуждающих разнообразные мысли и чувства… Мы тогда при­выкли и полюбили игру М. А. Завадского, И. П. Уманец-Райской, А. Я. Романовской и неко­торых других” — писалось в “Ирбитском ярмарочном листке”.
“Недоросль”, “Горе от ума”, “Ревизор”, “Женитьба”, “Мерт­вые души”, “Волки и овцы”, “Гроза”, “Доходное место” — вот далеко не полный тогдашний ре­пертуар.
С 1881 года И. П. Уманец-Райская работала в Малом театре, после — на педагогической рабо­те, она пользовалась вниманием А. Н. Островского.
В труппе работал талантливый художник — декоратор Романов.
1878 году театр содержал М. А. Завад­ский, сам игравший комические роли ста­риков в оперетках. Разорившись, он передал ан­трепризу Н. М. Медведеву и остался у него в труп­пе.
Д.Н. Мамин-Сибиряк в ХII главе «Приваловских милли­онов» так описывал купечество, собиравшееся в Ирбитском театре для продолжения обычного ярмарочного бытия:
«Ярмарочный театр, кой-как огороженный из бревен и досок, был битком набит пьяной ярмарочной публикой. Ложа, в которую попал Привалов, была одна из ближайших к сцене. Из нее отлично можно было рассматривать как сцену, так и партер. Привалова особенно интересовал последний, тем более что пьеса уже шла к половине. В ложе теперь сидел он только с Веревкиным, а остальная компания нагружалась в буфете. Примостившись к барьеру, При­валов долго рассматривал ряды кресел и стульев. На них разместилось все, что было именитого на десятки тысяч верст: московские тузы по коммерции, сибирские промышленники, фабриканты, водочные короли, скупщики хлеба и сала, торговцы пушниной, краснорядцы и так далее. От каждого пахло десят­ками и сотнями тысяч. Было несколько миллионеров, преимущественно с сибирской стороны».
В начале 80-х годов здание театра, которое имело и так много неудобств, пришло в ветхость. Газета «Ирбитский ярмарочный листок» в 1863 году писала: «Вы иногда остаетесь в претензиях за игру, а того не знае­те, что у одного актера флюс от простуды, у другого — насморк от сырости, третий — с головной болью от дымящих печей».
Через два года для увеличения площади здание театра перестраивается, для чего был снесен старый ла­баз. Для вестибюли сделан двухэтажный пристрой, два парапета с металлической решеткой на старой и повой стене, купол, а с северной стороны прилажено двухэтажное крыльцо, в зрительном зале оборудованы ложи.
В г. Ирбите гаст­ролировала труппа известного антрепренера и актера П. М. Медведева. Имя его вошло в «Театральную энциклопедию». Петр Михайлович Медведев — выдающийся те­атральный деятель, актер, режиссер, антрепренер, в 1890 — 93 гг. главный режиссер Александринского театра в Санкт-Петербурге. Под его руководством начинали свою работу на сцене знаменитые П. А. Стрепетова, М. Г. Савина, К. А. Варламова и многие другие актеры.
П. М. Медведев приезжал в Ирбит из Екатеринбурга. Им была составлена сильная труппа, которая имела большой ус­пех в Екатеринбурге, Перми, Ирбите. Сам играл комические роли. В 1879 — 80 гг. дал первый оперный сезон. В 1880 — 81 гг. — драму. В спектаклях играл Городничего, Фамусова, Любима Торцова. Выступала на сцене и вся его семья. Его жена Е. Г. Гусева играла в комических ролях. Сын выступал в ролях мо­лодых людей, числился ответственным распорядителем и ре­жиссером. Второй сын, Д. П. Озеров, сыграл роль Скалозуба.
В труппе выступал актер совершенно необычного для муж­чины амплуа — комических старух — К. 3. Пузинский.
За семь лет (1889—1897) Медведев по­ставил в Ирбите около ста пьес. Центральное место среди них занимала драматургия Шиллера, Гоголя, Островского, Чехова.
В составе труппы играл и будущая знаменитость русской сцены — Владимир Николаевич Давыдов (1849 — 1925 гг.). Тот сезон можно считать переломным в его судьбе — наступала по­лоса известности и успеха. Он играл комические, резонёрные роли, пел в оперетках, выступал в дивертисментах. К. С. Ста­ниславский назвал его “…патриархом русского театра… гением, хранителем живых традиций и тайн русского искусства”.
Отношение к театральному искусству ярмарочного купеческого зрителя запечатлено в 14 главе «Рассказа о прошлом» выдающегося русского актера В. Н. Давыдова: «… Наконец, в конце января, со всем скарбом наш Ноев ковчег двинулся в Ирбит. Везли с собой декорации, костюмы, бутафорию, машины, все отборное, чтобы щегольнуть перед купечеством…»
«Спектакли в театре шли ежедневно, а иногда по два в день, причем утрен­ние посещались плохо, так как купечество, торговый люд заняты в это время, а купчихи с дочками носятся по пассажу и гостиному двору, накупая прида­ное. Коренные жители мало посещали театр. Им было не до того, они набива­ли мошну, а набить ее нужно было потуже, чтобы спокойно, безбедно прожить до следующей ярмарки.
Вечерние спектакли шли при переполненном театре, и играть было очень трудно, так как публика собиралась в театр, возбужденная хлопотами дня, зачастую порядочно хлебнувшая, разговорчивая, не в меру экспансивная, за­мечания и подбадривания так и летели на сцену…
Купчихи приезжали в театр разряженные. Посещение театра было для них событием! Тут портнихе, портному, ювелиру и парикмахеру — всем было дело и хороший заработок.
Как-то раз мне пришлось выступать в дивертисменте с веселым репертуаром. Один изрядно подвыпив­ший купчина, сидевший в первом ряду, все время кричал:
— Толстяк! Валяй еще!
После каждого рассказа он бросал на сцену сотенные. Я собирал их и через оркестр переда­вал ему обратно.
— От души благодарю за доброе отношение и внимание, — сказал я, — но я получаю жалование за свою работу и в подобного рода благодарности не нуждаюсь!
Не возьму! — кричал купец. — Коли даю — бери! Я ведь от души. Бери и благодарствуй. Здорово угодил! За то и даю!
— В таком случае я беру эти деньги, — сказал я, — и от имени сирот, воинов и инвалидов приношу глубокую благодарность и прошу присутствующего в театре начальника губернии принять эти деньги от публики.
Губернатор, посещавший театр каждый день и постоянно бывавший у нас за кулисами, благодарил меня за находчивость…
Другой случай произошёл на представлении оперетки “Орфей в аду”. Во втором действии Геба читает стихи о жен­щинах. Когда актриса произнесла последние две строки:
“И хочет женщина свободы,
И хочет женщина труда”, —
в первом ряду поднялся во весь рост видный и почтенный купец, плюнул в сторону сцены и на весь театр сказал:
Ишь ты, чего захотела! А этого не хочешь? — и потрясая кулаком в сторону сцены, покинул партер…”
Играли мы много и все. И оперетку, и Островского, и водевили, и обстано­вочные мелодрамы, вроде «Двух сироток», «Хижины дяди Тома», «Христофора Колумба». Дела были блестящие. Золото сыпалось нежданно-негаданно. Мед­ведев (антрепренер) был доволен, угощал постоянно труппу ужином в бирже­вой гостинице, где питался цвет купечества…
Газеты нас очень хвалили и отнеслись к антрепризе Медведева с большим вниманием…»
Медведевский сезон 1879 года имел огромное значение для Ирбита. Он воспитывал художественные вкусы у зрите­лей, повысил критерии оценки всех будущих театральных сезонов. И. М. Медведев убедительно доказал, что матери­ального неуспеха бояться нечего, если умно учитывать инте­ресы публики и при том уметь вести ее за собой, а не идти на поводу у ее обеспеченной части.
В 1882 году Пермский губер­натор запретил играть в ста­ром деревянном театре — из-за его ветхости.
В 1882 — 1884 году городская Управа заключила контракт с антрепренером Ф. И. Надлером на строительство деревянного театра. В 1883 году Ф.И. Надлер представил на рассмотрение городской Думы план нового деревянного театра. В решении городской Думы было записано: «Место для нового деревянного театра отвести за городом, по Екатеринбургскому тракту, на левой стороне при выезде из города…» Однако через несколько дней Ф.И. Надлер вносит предложение на рассмотрение городской Думы о строительстве каменного театра..
Следует отметить, что театральные сезоны, проходившие под антрепризой Ф.И. Надлера, были отмечены скандалами с труппой, с прессой, с публи­кой, спекулятивными ведениями дела, неразборчивостью в ре­пертуаре. Общий итог — это мрачный период в театральной жизни. Но в труппе работали и хорошие актеры. Не случайно в “Екатеринбургской неделе” № 7 за 1883 г. появляется за­метка “Похвальное” слово господину Надлеру”. “Уж чего, чего, кажется, господин Надлер не выделывал с нами, извра­щая наши эстетические наклонности и вкусы, коверкая на свой образец лучшие пьесы, делая из цензурного произведения не­цензурные. Он превратил театр в балаган».
Возвращаясь к вопросу о строительстве каменного театра в Ирбите, городская Дума разрешила постройку каменного здания «на месте госпожи Рудаковой», усадьба которой располагалась на Екатеринбургской улице.
Купеческая жена Надежда Егоровна Рудакова, не получив поддержки со стороны городских властей и взяв ссуду в банке, построила каменный театр и успешно сдавала в аренду это здание приезжающим на ярмарку театральным труппам. Надежда Егоровна неоднократно обращалась к городским властям за помощью в ремонте здания театра, однако городские власти решали — стоит ли продолжать театральные представления в здании Рудаковой или строить новое здание. По прошествии времени городская Дума приняла решение купить у Рудаковой двухэтажное каменное здание театра вместе с движимым театральным имуществом и участком земли за 6535 руб. 55 коп.
Для подготовки здания театра к следующей ярмарке, городская Дума приняла смету расходов для проведения ремонтных работ. В архивах сохранился отчет городской Управы о проведенных работах и расходах. В отчете описаны уложенные каждая балка, каждый камень, забитые скобы и гвозди. В старом Рудаковском театре были разломаны ложи, галереи, лестницы, уборные для актеров, вновь построен вестибюль с кассами, каменные и деревянные лестницы, курительная комната с камином, туалетные комнаты, буфет.
В зрительном зале сделали 20 лож, партер сделали с уклоном к сцене, между партером и сценой оборудовали помещение для музыкантов. На 12 деревянных колоннах укрепили двухъярусную галерею, барьеры обтянули сукном. Для зрителей в амфитеатре были устроены скамьи из плах. Наладили вентиляцию и обогрев помещений.
Театральный сезон в новом здании театра открылся в 1884 году.
В проектировании здания при­нимал участие городовой архитектор, академик архитектуры Юлий Осипович Дютель.
“Театр далеко превзошел своей внутренней отделкой Екатерин­бургский театр: просторный, вы­сокий зрительный зал с красиво отделанными ложами, просторны­ми партерами и парадиком вмес­тит в себя до 600 человек зрите­лей. При театре устроено два фойе вверху, а внизу две передние ком­наты и буфет. На потолке зритель­ного зала были нарисованы фея со светлыми волосами, с венком на голове, украшенная белыми цве­тами с накинутой на плечи фатой и по углам потолка четыре амура. На потолке балкона была красоч­ная мозаика”, — писали “Пермские губернские ведомости”.
Постройка каменного театра была большим событием в жизни города.
Позднее, в 1901 году, к зданию театра был сделан двухэтажный пристрой для вестибюля, два пара­пета и купол.
С 1889 года антреприза перешла в руки сына П. М. Медведева — Петра Петровича Медведева — 1889 — 1893, 1895 — 1897 годы. Он шел по широко протоптанно­му пути отца, создавшего для него прекрасную репутацию”. (“Ураль­ская жизнь”, 1914 г.). Редкая для антрепренера честность и бескорыст­ность, превосходное знание дела и психологии актера отличали П. П. Медведева.
В эти сезоны играли А. Н. Соко­ловский (роли: Муромцева, Добчинского); М. К. Шаровьева — луч­шая провинциальная исполнительни­ца Кабанихи в “Грозе” и другие. Е. П. Васильева — Вятская играла Марьицу, Василису Мелентьеву. Анисью в “Золотопромышленниках” А. Н. Мамина-Сибиряка. Это была плеяда актеров разносторонних, блестящих сценических дарований. В один сезон было поставлено три сценических “Гамлета” — редчайшее явление для провинциального теат­ра. Ими были Е. А. Лепковский — впоследствии народный артист, Н. А. Самойлов — Мичурин, П. П. Струйский.
Театральный сезон 1894 года оз­наменовался совместной антрепризой петербургской артистки И. В. Паль­чиковой и актера Б. Л. Ленского- Петрова. Шедеврами этого сезона критики признают спектакли: “Гро­за”, “Василиса Мелентьева”, “Же­нитьба Белугина”, “Мария Стюарт” Шиллера.
В последующие годы абонирова­ли ирбитскую сцену А. А. Соколов (1898 — 1900 гг), А. П. Антонов (1899 г.), В. Ф. Кручина (1901 — 1903 гг.), Макарова (1903 — 1910 гг.), А. Ф. Матусин (1906 — 1908 гг.), И. Чаплицкий (1909 г.), В. Н. Барковская, В. В. Южная, Н. Ю. Ячневский (1911 — 1917 гг.).
Городскую Думу мало заботила работа театра. Газе­та «Рудокоп» в 1898 году писала: «Для уральцев оста­валось поистине «тайной» ведение театрального дела П. П. Медведевым — работа больших трупп, больших актеров в тяжелых и неблагоприятных условиях…»
В 1898 году на ирбитской сцене на украинском языке ставят произведения поэта-демократа Т. Г. Шев­ченко «Назар стодоля» и «Невольник».
В 1900 году здание театра вновь сгорело. О возможности пожара не раз предупреждали газеты, мотивируя тем, что привозимые на ярмарку товары складируются и хранятся прямо около театра, громоздясь один на другой выше постройки. «Если же из трубы падет искра на эти горы товара, то пожар вспыхнет мгновенно», — писала «Екатеринбургская неделя». 25 января 1884 года агентство страхованных обществ отказало театру в страховке. Более того, в здании театра на втором этаже были приспособлены квартиры для служащих.
После этого пожара театр вновь перестраивается, для чего был снесен старый лабаз. Всеми работами по перестройке театра руководил И. Ф. Торопов. Примечательным для театра было то, что после этого ремонта в 1912 году здание получило электрическое освещение от своей электростанции и перешло в собственность города.
В 1915 году здание театра по ре­шению городской управы было от­дано под жилье военнопленным пер­вой мировой войны. Последняя ан­треприза в 1929 году была А. Ф. Отрадина.
15 августа 1914 года поставлена “Лебединая песня” А. П. Чехова. Половина частного сбора пошла в пользу семей запасных и воинов, призванных на войну (шла первая мировая война).
2 ноября 1914 года состоялся спектакль в пользу населения Польского края, пострадавшего от войн (сбор составил 509 рублей 80 копеек).
30 января 1915 года была сыграна драма “Обездоленные” А. Д. Лаврова. Сбор средств пошел в пользу Сербии и Черногории, пострадавших от войны.
9 января 1915 года “… городская управа имеет честь довести до сведения городской думы… что так как здание театра предназначено для помещения пленных,.. то вопрос о сдаче театра в аренду на ярмарку 1915 года антрепренерше Маргер Мерецкой… в настоящее время отпадает”, — сообщалось в “Журналах очередных и чрезвычайных собраний Ирбитской городской думы за 1915 год”. Страна была накануне больших перемен. Шел 1917 год…

Список литературы:
Вялкова, С. Любительский театр // Ирбитская жизнь. – 2001. – 15 февраля
Вялкова, С. Театр – фронту // Восход. – 1985. – 12 февр. – С. 2-3.
Герштейн, Я. Л. У земской управы // Ирбит и его окрестности: краеведческий путеводитель / Я. Л. Герштейн. – Екатеринбург, 1995. – С. 62 – 63.
На ирбитских подмостках/ В.К. Аникин, Ю.К. Матафонова.- Екатеринбург:Банк культурной информации, 2011.- 112 с.: ил. (сер. «Национальное достояние России»).
Орлова, В. Не скудна история театра… // Восход. – 1996. – 15 февр. – С. 3.
Субботина, И. Писатели и современники о театре Ирбита // Ирбитская жизнь. – 2006. – 14 июня. – С. 9.



ООО "Печатный вал" (новости)
Александр Камянчук (краеведение)