Замятина А.В. История о далеких трудовых буднях. К 90-летию Ирбитского молочного завода.

Замятина А.В. История о далеких трудовых буднях. К 90-летию Ирбитского молочного завода.
Мы черпаем информацию об исторических фактах и событиях с пожелтевших страниц газет, книг, и документов, но живое свидетельство очевидца событий не менее, а, на мой взгляд, более интересно. Поэтому, узнав, что  в Ирбитском историко-этнографическом музее, где я работаю, начинается подготовка к выставке посвященной истории молочного дела в ирбитском крае, я решила расспросить свою бабушку, Коновалову Маргариту Константиновну о работе коллектива Ирбитского молочного завода и его филиалов, с какими трудностями пришлось столкнуться в период работы, о ветеранах завода, с которыми её свела судьба, в силу того, что она трудилась на этом предприятии более 30 лет.
Родилась она в городе Вологда и приехала в Ирбит 58 лет назад после окончания  Вологодского института, получив специальность инженера-технолога молочной промышленности. В детстве ей пришлось испытать и лихолетье военного времени, и послевоенную разруху, связанную с материальными трудностями и лишениями. Во время войны в городе во многих школах и учреждениях были размещены госпитали.
Яркими воспоминаниями детства  бабушки остались в её памяти вой сирен, оповещавших о воздушной тревоге, бомбоубежища, напоминавшие землянки с потолком из брёвен, засыпанным снаружи толстым слоем земли и глины; окна квартир, заклеенные крестообразно полосками газетной бумаги, а также ночное небо, прочерченное лучами прожекторов, как стрелами, перекрёстно снующими и уходящими вглубь ночного неба, которые помогали зенитчикам прицельно ловить ночных немецких пиратов и сбивать их.
Бабушка рассказывала, как они - школьники, чем могли, помогали взрослым: собирали колоски на полях, пололи тяпками капусту в пригородном совхозе, перебирали картофель на овощехранилище, вязали снопы изо льна, выступали перед ранеными в госпиталях, помогали родителям в домашних делах. Она говорила, что её родители своим примером учили дочерей быть трудолюбивыми, честными, дисциплинированными, целеустремлёнными, не бояться трудностей и добиваться поставленной цели. Именно они передали бабушке и внукам любовь к книгам, живописи, умение видеть прекрасное и рисовать, любовь к народной и классической музыке.
В августе 1957 года бабушка приехала в Ирбит, а 21 августа начала свой трудовой путь на Ирбитском молочном заводе. И вот, что она мне поведала о своих далеких трудовых буднях:
«21 августа 1957 года я начала знакомиться с сырьевой зоной завода. В то время в подчинении завода были две низовки – Ерёминский и Харловский заводы и несколько сепараторных отделений: Киргинское, Знаменское, Девяшинское, которые в течение 1957-1959 гг. были закрыты.
Ирбитский завод охлаждал поступающее молоко и во флягах грузил в вагоны-ледники со сметаной и творогом в г. Свердловск. Позднее молоко стали грузить в железнодорожные цистерны – сначала в Свердловск, а с 1962 года, по распоряжению Свердловского объединения, молоко отправляли в города Карпинск и Серов, ежедневно по 30 тонн, а в середине 80-х отгрузка молока составила уже 40-50 тонн ежедневно.  
Жизнь, познакомила меня с 9-ю директорами, которые возглавляли коллектив завода в такой последовательности: Серебряков В. Ф., Скоморохов С. Н., Воинков А. Г., Попов С. И., Трошин В. И., Парамонова Н. А., Бердников Д. Л., Дубских А. А., Пильщиков Е. Л. С 6-ю из них мне пришлось трудиться, делить, как говорят, и горе, и радость пополам. С некоторыми приходилось «забывать», что дома – семья, а я – мать и жена, иногда без суббот и воскресений.
Воинков Анатолий Григорьевич – первый директор, под началом которого мне довелось работать. Мы его очень уважали. Я и теперь, спустя многие годы, вспоминаю его с большой теплотой. Он очень любил молодёжь, старался помочь в работе, поддерживал любое доброе начинание. Очень не любил в коллективе сплетни, пересуды и всегда пресекал их в самом «зародыше».
До сих пор сожалею, что не сложилось у меня поработать с Е. Л. Пильщиковым – человеком, который, как говорится, был «от бога» директором молочного завода. Человек – новатор, требовательный к себе и к людям, целеустремлённый, строгий, но справедливый, волевой, при котором коллектив умел хорошо работать, но и весело, с задором отдыхать.
Свой трудовой путь я начала в должности эксперта-технолога на холодильнике Ирбитского молочного завода, который находился на Заводской улице, где сейчас располагается газозаправочная станция для транспорта. На территории размещались: цех мороженого, цех выпечки вафельных стаканчиков, здание с холодильными камерами и небольшим компрессорным цехом, а также большой ледяной бунт. Смесь для мороженого готовилась по рецептуре из молока, сливок, ванилина, агар-агара (стабилизатора). Пастеризовалась в ушатах ёмкостью 40 литров в водогрейных коробках с печным отоплением. После охлаждения и созревания смесь сбивалась на примитивном оборудовании с электрическим приводом с помощью колотого льда и соли. Затем готовое мороженое фасовали  в специальные металлические гильзы с крышками по 20 кг и хранили в бассейнах с льдо-солёной смесью до отправки в торговую сеть. Фасовка мороженого в вафельные стаканчики производилась  продавцами в момент его продажи. Ледяной бункер представлял из себя «деревянную коробку»  с двойными стенами высотой около 3 м, между которыми был утрамбован опил. Зимой в эту «деревянную ёмкость» наливали воду, постепенно намораживая лёд в течение зимы, а затем, укрывали толстым слоем опила. Лёд заготовляли в объёме примерно около 2000 куб.м. с учётом его потребности на производство мороженого и потерь в летний период от высокой температуры воздуха. Несмотря на примитивное оборудование и производство, мороженое было очень вкусное и пользовалось большим спросом у ирбитчан. Отдельно стоящее деревянное щитовое здание на территории холодильника имело 2 камеры для хранения поступающей продукции, охлаждение которых осуществлялось батареями с раствором поваренной соли с помощью аммиачного компрессора небольшой производительности (30 ккал/час), и помещение для отбора проб продукции для контроля её качества. Камеры служили для хранения продукции до её отгрузки и реализации.
Продукция поступала от Харловского, Ерёминского, Чёрновского, Макушинского, Байкаловского, Скомороховского, Серковского заводов. А с 1965 года также от Слободо-Туринского завода. Эти заводы вырабатывали сметану, творог, сгущённое обезжиренное молоко, масло, казеин. В тот период ассортимент масла был очень большой: сладко-сливочное несолёное, солёное, шоколадное,  любительское, кисло-сливочное.
Ежедневно на холодильник поступало от 5 до 10 машин продукции. Всю её надо было принять, осмотреть, проверить не только по органолептическим показателям, а провести все необходимые анализы (кислотность, жирность, влажность и т.д.). На каждую партию выписывался экспертный лист, с указанием всех показателей и сорта продукции. При поступлении нестандартных партий вызывали поставщика, который иногда «ухитрялся» спутать карты и отправить нам брак обратно. Партии масла и  сгущённого молока отправляли в вагонах-ледниках на Свердловские холодильники «Росмолторга», а  сметану и творог – Карпинску, Серову, Североуральску для населения северных городов области.
Температура в камерах хранения на холодильнике (0-5◦С) не соответствовала требованиям для длительного хранения масла, качество которого при отсутствии вагонов-ледников, поступавших с большой задержкой,  быстро снижалось, из-за чего на Свердловских холодильниках были периодически пересортицы и забраковки. Ирбитский же завод терпел от этого убытки.
В конце 60-х - средине 70-х годов, когда качество некоторых дорог в районе значительно улучшилось, заводы получили новый автотранспорт и стали самостоятельно возить масло и сгущённое молоко на Свердловские холодильники, а также реализовать по нарядам другую продукцию – казеин (по нарядам), сметану и творог (Байкаловский, Макушинский и Слободо-Туринский заводы).
Как не вспомнить старые, грунтовые дороги в районе, по которым с таким трудом доставляли продукцию в Ирбит? Даже спустя десятилетия с содроганием вспоминаю дороги до Ерёминского и, особенно, до Харловского заводов. Особенно трудно было с вывозкой продукции в весенний и осенний периоды, когда было половодье, большой разлив рек или затяжные ненастья. Из-за невозможности своевременно вывезти продукцию, и  отсутствию на заводах необходимых по площади температурным режимам камер охлаждения, качество продукции резко снижалось, иногда до брака. В таких ситуациях на помощь колхозам и заводу приходили воинские части.
Никогда не забуду март 1973 года.  Весна тогда была ранней, страшная распутица, кругом грязь и вода. Мы не могли вывезти больше недели продукцию с Харловского завода. Воинская часть с пониманием отнеслась к нашей с директором просьбе (я тогда работала уже гл. инженером завода). Нам дали Камаз. Взяв с собой 2 ремонтные бригады с гл. механиком завода, поехали, вернее «поплыли» в Харлово. Грязь, жидкая и густая, вода местами с кусками льда, была, без преувеличения, выше камазовских колёс. Ехали долго и медленно, машина «ныряла» в колеи и промоины так резко, что даже не верилось, что мы когда-нибудь доберёмся до цели и останемся живы. Пришлось там заночевать. Слесаря провели под руководством механика необходимые ремонтные работы в производственных и вспомогательных цехах, погрузили продукцию на машину. В тот период на заводе гл. механиком работал молодой специалист после окончания техникума – Молканов А.Н. Думаю, что именно эта поездка, состояние низовых заводов, их удалённость от головного предприятия, никуда не годное материально - техническое снабжение, мизерная зарплата (самая низкая по тем временам по сравнению с другими отраслями промышленности) так «испугали» молодого специалиста, что он вскоре уволился и уехал с семьёй на родину.
Руководство завода и района всё больше убеждалось, что экономически выгоднее вывозить молоко с хозяйств, поставляющих его на Ерёминский и Харловский заводы, непосредственно на Ирбитский завод и на нём производить его переработку. В результате в 1975 году был закрыт Ерёминский, а в 1976 году – Харловский завод. Они были переданы на баланс соответственно колхозам «Куйбышева» и «Рассвет». Нельзя не вспомнить, что на этих заводах трудились прекрасные, добросовестные мастера, преданные своему делу Шустикова К. Н., Лисицина М. и Пятунина Т. К.
В январе 1966 года по распоряжению Свердловского объединения в подчинение Ирбитскому  заводу был передан Чёрновский молочный завод – бывшая низовка Байкаловского завода. До 1970 года на Чёрновском заводе вырабатывалось сбоечное сливочное масло (процесс длительный и трудоёмкий), а в 1970-1971 году участок по выработке масла был реконструирован с монтажом новой поточной линии по производству масла. Мастером на этом заводе была тогда Антропова Мария Яковлевна, которую я вспоминаю с особой сердечной теплотой. Как человек – спокойная, уравновешенная, рассудительная, уважительная к людям. Как специалист – очень грамотная, любящая свою работу, творчески относящаяся к выработке продукции, очень ответственная. Её муж Антропов Тимофей Владимирович – машинист холодильной установки на этом же заводе - был ей подстать: «золотые руки» (и слесарь, и сварщик, и токарь, и столяр), всё у него получалось хорошо, за что бы он ни брался. Оба они внесли большой вклад в производство качественной продукции на этом заводе. Освоив работу на поточной линии, Мария Яковлевна «дала старт» производству сливочного масла «высокой пробы» на Ирбитском молочном заводе в ассортименте. Позднее, уходя на заслуженный отдых, она передала секреты своего мастерства Большедворовой З.Д., которая после неё стала мастером Чёрновского завода. С Антроповой М.Я. нам приходилось много раз ездить с образцами на смотры качества масла: сладко-сливочного, кисло-сливочного, солёного, вологодского, любительского, шоколадного, За свою продукцию нам никогда не было стыдно. С большим уважением вспоминаю Кузеванова Петра Георгиевича. Участник ВОВ, серьёзный, ответственный,  обязательный. Выполняя хозяйственные функции, он обеспечивал стабильную работу Чёрновского завода.
Позднее, в 1981-82 гг. эстафету по производству масла высокого качества подхватил Зайковский молочный завод. Отрадно, что завод этот до сих пор держит эту высокую марку и получает заслуженные дипломы и грамоты на самом высоком уровне.
В 1968 году руководством завода (директор Трошин В.И., гл. инженер Парамонова Н. А.) было принято решение о строительстве в Ирбите нового 2-х этажного производственного корпуса, который соединил два отдельно стоящих одноэтажных здания: одно располагалось по ул. Ницинской, а другое на углу улиц Елизарьевых (в прошлом ул. Красной) и ул. Ницинской.
В начале 1969 года по согласованию с объединением приказом директора завода я была переведена с холодильника на Ирбитский завод начальником производства. С окончанием строительства нового корпуса я стала курировать монтаж технологического оборудования в новых цехах. Параллельно с этим занималась контролем технологических процессов в действующих цехах Ирбитского завода и на низовках. В феврале 1971 года директора завода Трошина В. И. перевели на другую работу – директором «Райпотребсоюза». Объединение «Молпром» утвердило директором молочного завода Парамонову Н. А., а меня - гл. инженером. В мае 1971 года на втором этаже нового корпуса был пущен в эксплуатацию аппаратный цех (сепарирование, пастеризация молока и сливок) и производство творога, а на первом этаже – цех по выработке сметаны, камера хранения готовой продукции и участок хранения отходов (обрата, сыворотки).
В том же 1971 году с получением более совершенного оборудования на заводе были пущены в эксплуатацию цеха по выработке мороженого и выпечке вафельных стаканчиков. Старый цех на холодильнике был закрыт. Теперь мороженое фасовалось в стаканчики (вафельные и бумажные) после сбивания смеси непосредственно в цехе с помощью оборудования для фасовки и помещалось в лотках на стеллажи в камеру закаливания с батареями непосредственного испарения. Температура в камере была -15-20◦С. Завод стал производить мороженое в ассортименте: молочное, сливочное, фруктовое, шоколадное, пломбир, с изюмом. К большим праздникам вырабатывали даже эскимо и по заявкам мороженое в виде торта, украшенное глазурью.
С пуском нового двухэтажного корпуса освободилась часть площадей в старых цехах завода, и тогда СЭС начала настоятельно требовать, чтобы мы где-нибудь разместили линию по выработке бутылочной продукции.  В тот период рабочие с вредными условиями труда на предприятиях города получали спецжиры в заводских столовых непосредственно из фляг, и  СЭС, не без основания, опасалась, вспышки желудочно-кишечных заболеваний в городе. Задача была не из лёгких, т.к. старые цеха были небольшими по площади, с низкими потолками. А надо было в них «втиснуть» линию по приёмке бутылок в грязной таре, смонтировать очень громоздкую по тем временам бутыломоечную машину, линию контроля чистоты бутылок перед их наполнением молоком и укупоркой,  линию укладки их в ящики и разгрузки с конвейера. Специалисты Свердловского объединения, ознакомившись с участком, на котором предстояло поместить это оборудование, сочли это нереальным, и отказали в помощи. Пришлось основательно поломать голову и поработать с бумажными макетами и трафаретами, т. к. СЭС торопила, время работало не в пользу завода. Решение всё же было найдено. Весной 1972 года был произведён монтаж оборудования, транспортёров и очень небольшой холодильной камеры (4-5 кв. м.), примыкающей к цеху. Принимала цех гл. врач СЭС Барышникова Тамара Ивановна, которая хотя и не верила что на такой мизерной площади можно разместить и смонтировать линию, но когда она увидела цех в готовом к эксплуатации виде (везде было побелено, покрашено), соблюдены санитарные требования то обрадовано шутя, воскликнула: «Ну, всё, о чём мечтали большевики, наконец-то свершилось!». Наверное, производители молочной продукции современного Ирбитского завода с сарказмом воспримут  мои слова, но для нас в то время это было значимое событие, т.к. заводу удалось решить ещё одну проблему, предприятия в городе начали спецжиры в бутылках для определённой категории рабочих, а население – бутылочное пастеризованное молоко, простоквашу с сахаром жирную и обезжиренную. В общем, продукция была неплохая, да и не дорогая: 6-8 копеек стоила пол-литровая бутылка сладкой обезжиренной простокваши – прекрасный завтрак с булочкой.
Жизнь шла, задачи перед перерабатывающими предприятиями усложнялись, требования на разных уровнях ужесточались – порой они были очень противоречивы, а иногда, в силу оригинальности характера кураторов и проверяющих всех мастей, доходили до абсурда.
В 1975-76 гг. кем-то в Москве было высказано мнение о том, что мороженое – это ассортимент и продукция холодильников «Росмолторга», а не молочных заводов. Вскоре вышло соответствующее указание, свыше, запрещающее выработку мороженого на молочных заводах и предписывающее провести немедленный демонтаж оборудования. Наше противостояние ни к чему не привело. За отказ демонтировать оборудование мы с директором «схватили» по выговору.
Вскоре вышла и другая директива – сократить до минимума ассортимент продукции на заводах, не имеющих достаточных площадей и условий для выработки широкого ассортимента, оставить на таких заводах минимум наименований продукции. По поводу же нашего завода одна из проверяющих возмущённо воскликнула: «Развели на таком старом заводе московский ассортимент!». Так жизнь снова заставила защищать право завода на существование,  обеспечение продукцией жителей города и района. Снова был проведен ряд реконструкций. На месте цеха мороженого было смонтировано оборудование для хранения и розлива фляжного молока и транспортёры для приёмки грязной тары (фляг) и погрузки фляжного молока в торговую сеть. Частично реконструирован сметанный цех (сливкованны были заменены на вертикальные танки, смонтирован напольный транспортёр для подачи фляг со сметаной после розлива в камеру  охлаждения и хранения продукции до её реализации).
В 1978-79 гг. была реконструирована котельная Ирбитского завода, с увеличением её площади за счёт закрытия цеха розлива бутылочной продукции. Вместо двух вертикальных паровых котлов были смонтированы три горизонтальных котла, установлены фильтры очистки воды для питания котлов, бойлеры для бесперебойного обеспечения горячей водой производственных цехов.
В 1979-1980 годах была проведена реконструкция компрессорного цеха, его расширение, малопроизводительные компрессорные установки заменены на более мощные, установлены более производительные испарители.
В 1971 году в состав Ирбитского завода объединением был передан Зайковский молочный завод с его низовкой – Стриганским, который вырабатывал творог. Из-за плачевного состояния дорог от тракта до Стриганского завода, отсутствия квалифицированных специалистов, этот завод в 1981 году был закрыт, а в 1982 году был передан на баланс совхозу «Мостовскому».
Одновременно с реконструкцией цехов на Ирбитском заводе, уже в 1978 году была начата реконструкция цехов на Зайковском заводе: в котельной два вертикальных котла были заменены на горизонтальные, в компрессорном цехе - холодильные установки на более производительные. В 1979 году в производственном цехе были смонтированы новые танки для приёмки и хранения молока с увеличением их ёмкости. Когда я узнала, что в объединение поступила новая линия по производству сливочного масла, возникла мысль о перепрофилировании Зайковского молочного завода. Поскольку завод этот производил и постоянно снабжал население Нижнего Тагила сметаной, пришлось звонить генеральному директору объединения и непосредственно с ним согласовывать этот вопрос. Он дал согласие на изменение ассортимента выпускаемой продукции и выделение оборудования. В конце 1981 года линия была смонтирована и пущена в эксплуатацию. В начале 1982 года был механизирован процесс транспортировки коробок с маслом от маслообразователя и погрузки их на машины для реализации. После окончания монтажа и пуска в эксплуатацию новой трансформаторной подстанции, был решён вопрос с бесперебойным снабжением завода электроэнергией.
С окончанием реконструкции и технического перевооружения Зайковского завода решался на упреждение и ещё один вопрос: в случае какого-либо непредвиденного технического сбоя на Ирбитском головном заводе, молоко Ирбитской сырьевой зоны можно было переработать на масло на Зайковском заводе, не допустив его порчи.
Шагая по длинной трудовой стезе, много раз пришлось испытать не только радость от любимой и трудной работы, но и «испить горькую чашу» забот, тревог, проблем, неприятностей. Особенно за последние 18 лет работы главным инженером завода.
Постоянно ощущался дефицит квалифицированных кадров во вспомогательных цехах завода: слесарей-наладчиков оборудования, газоэлектросварщиков, машинистов холодильных установок и кочегаров с правами. Из-за мизерной зарплаты по сравнению с другими предприятиями города на завод приходили часто те, кто прошли уже несколько предприятий и были уволены за неоднократные нарушения трудовой дисциплины, алкоголь.
Вспоминаю, что при некоторых директорах завода трудовая дисциплина среди рабочих и исполнительная среди некоторых руководителей среднего звена оставляла желать много лучшего, директора же эти не считали нужным уделять этому достаточно внимания, что иногда отрицательно сказывалось на экономических результатах работы коллектива.
Отчётная документация у гл. инженера в те годы была очень обширная, а т.к. механики из-за низкой зарплаты, большого объёма работы на головном и низовых заводах часто менялись, технологи также из-за небольших окладов, жёстких требований со стороны СЭС и большой ответственности старались найти в городе более выгодную работу, мне приходилось постоянно ещё что-то делать и за них. Из-за отсутствия в штате энергетика, энергичного, грамотного, с широкими связями снабженца приходилось мне постоянно заниматься поиском и снабжением завода проводами, кабелями, трубами, вентилями, задвижками, электродами, т.к. выделение этих материалов заводу, как и всей нашей отрасли промышленности, было строго лимитировано. Выручали меня тогда энергия, молодость, обширное знакомство моих родных и друзей, доброжелательное отношение и взаимопонимание руководителей на предприятиях города. Фонд заработной платы и расходы средств на наших предприятиях жёстко контролировался многими организациями. Однажды на совещании директоров и гл. инженеров в Свердловске директора заводов пожаловались генеральному директору объединения Гусеву Г.П. о том, что из-за очень плохого материально-технического снабжения заводов, приходится жить в постоянном поиске различных материалов, часто рассчитываясь за них из собственного кармана или молочной продукцией, на что он ответил: «А что хотите? Желаете работать в нашей отрасли и быть руководителями – крутитесь!». Мне тоже приходилось постоянно  «крутиться»: добавлять из собственного кармана и рассчитываться молочными продуктами. Хорошо, что в таких ситуациях я находила понимание и помощь мастеров. Всё это мне помогало снимать многие проблемы и обеспечивать бесперебойную работу Ирбитского и низовых заводов. Удивляла позиция Свердловского объединения «Молпром», которое на наши просьбы выделить какое-то оборудование взамен устаревшего и аварийного  в последние 5 - 8 лет перед строительством нового завода, постоянно отказывало в этом параллельно с ужесточением требований к качеству продукции и санитарии со стороны работников объединения и врачей СЭС.
Конечно, с личным временем считаться не приходилось, рабочий день часто заканчивался в 7-8 вечера. Иногда жизнь заставляла работать без выходных, иногда письменной, отчётной работой приходилось заниматься дома. Отрадно сознавать, оценивая прожитые годы, что со стороны супруга, с которым прожили уже 56 лет, и детей, я чувствовала взаимопонимание. Наблюдая, что сыновья мои любят свою профессию, вкладывают душу, творчески подходят к работе, выполнению заказов, обязательны и ответственны, я радуюсь, что мои уроки, личный пример не прошли даром.
Что касается Ирбитского молочного завода, то какие бы реконструкции цехов не проводились на нём, всё это были лишь полумеры. И городские, и районные власти понимали, что городу нужен  новый современный завод по типовому проекту с набором цехов для производства широкого ассортимента продукции. Руководители Свердловского объединения ещё в 1978-80 годах несколько раз приезжали в Ирбит для выбора площадки для строительства завода. Было рассмотрено несколько вариантов, но все они были отклонены по ряду причин. Москва же настаивала на реконструкции или строительстве нового завода на существующей территории, как на более дешёвом варианте.
Территория же завода была очень мала для расширения, так как с трёх сторон завод окружали городские улицы, а с четвёртой – жилой сектор. Все были заинтересованы, скорее решить вопрос о строительстве нового завода: жители города, райком КПСС, райисполком, горком КПСС, горисполком, санэпиднадзор. Это сейчас СЭС посещает пищевые предприятия два раза в год, заранее предупреждая о своём визите, а в те далёкие годы, эта организация «выбрала» самый оригинальный способ доказать всем необходимость нового молочного завода в городе. Дело прошлое, анализы продукции были разные, иногда – нестандартные по бакпоказателям, но часто они имели расхождения в СЭС с данными заводской баклаборатории. За нестандартные бакпоказатели продукции санэпидстанция наказывала штрафами работников завода, начиная от рабочих производственных цехов до гл. инженера завода. Врачи же СЭС наносили свои визиты на молочный завод не еженедельно, а иногда 2-3 раза в неделю, держали коллектив производственных цехов под постоянным «прицелом». Однажды, когда производственники и руководство завода не выдержали «пресса» и сильно возмутились несовпадением данных наших баклабораторий, одна из врачей откровенно призналась, что другого пути «доказать» области и Москве необходимость нового молочного завода в Ирбите, СЭС не видит. Впрочем, в то время к нашему предприятию повышенное внимание проявляли и многие другие контролирующие организации, т.к. уже в начале - середине 80-х лет их руководители уже воочию почувствовали веяние грядущих перемен в стране и начали проявлять сверхактивность в работе, стараясь во что бы то ни стало доказать важность и значимость своих организаций  и успеть завоевать «место под солнцем». Помню, как однажды, в один день, не договариваясь друг с другом пришли к нам 7 человек из разных контролирующих организаций с проверкой.
Время шло и во второй половине 1985 года городскими, районными руководителями совместно со Свердловским объединением «Молпром» было наконец-то принято окончательное решение о строительстве нового корпуса молочного завода на существующей территории с её расширением за счёт поэтапного отселения жителей из домов, соседствующих с заводом. В 1986 году уже начала поступать первая документация с привязкой всех коммуникаций, инженерных сетей к данной местности, а в 1987 году она уже поступила на завод полностью. В 1888-89 годах, наряду с повседневной работой, приходилось часто ездить в Свердловск,  для проверки и согласования отдельных разделов документов в различные инстанции – иногда 2-3 раза в неделю, т.к.  недоделок, ошибок, искажений и «перекосов» в документации разных томов было очень, очень много.
В начале лета 1989 года после сноса жилого дома на углу улиц Карла-Маркса и Елизарьевых уже работала строительная техника на территории завода – забивали  сваи под новое производственное здание.
Не могу обойти молчанием и не вспомнить с благодарностью тех, с кем мне пришлось начинать, а затем несколько лет трудиться «бок о бок» на Ирбитском молочном заводе, постигая секреты мастерства и набираясь опыта. Моим первым, строгим и взыскательным учителем была моя землячка - гл. инженер, а позднее – директор Парамонова Надежда Арсентьевна.  Она имела среднее техническое образование (техник-технолог молочного производства), но хорошо знала оборудование, технологию и учёт, а в экономике «плавала как рыба в воде» и не раз преподавала уроки экономистам, когда надо было в последние дни проходящего года передать срочную оперативную информацию по итогам работы предприятия. С ней легко работалось, когда я была гл. инженером и занималась реконструкцией цехов, т.к. не надо было с «пеной у рта» доказывать необходимость решения того или иного вопроса или затрат, ибо проблема и заботы гл. инженера для неё были уже – пройденный этап.
Трудно представить стабильную работу производства без старшего лаборанта Самарской О. Н., старших мастеров Непомнящих К. М. и Хариной А. П. Ответственность и беспокойство гнали их на завод ещё задолго до начала смены, были они требовательны и взыскательны к себе и людям, любили нашу «кислую» промышленность, пользовались большим авторитетом и уважением у работников основного производства, умели защитить их интересы, доказать свою правоту. Большинство сменных мастеров также отличались трудолюбием и чувством ответственности. Это Горшанова М. Т., Буланова Т., Самойлова Р. Н. Нельзя не вспомнить наших кадровых тружениц – аппаратчиц основного производства, от чёткой, добросовестной работы которых во многом зависело качество готовой продукции: Клепалову М. Е., Куликову А. Т., Власову Г. П. Много тёплых, признательных слов хочу сказать о двух руководителях, которые в разное время возглавляли механическую службу. Это – Ударцев Михаил Степанович, скоропостижно скончавшийся от сердечного приступа. Был он большой умелец: и слесарь, и машинист хол. установок и газоэлектросварщик, рационализатор и конструктор при необходимости. Другой – Лобанов Фёдор Алексеевич - человек, не имеющий никакого образования, даже ГПТУ, но очень дотошный, любознательный, настойчивый и трудолюбивый. Своим упорством, уверенностью в успехе начатого дела он заряжал окружающих и выходил победителем из самых трудных ситуаций. Долго работал у нас наладчиком оборудования Михайлищев О. С., пришедший к нам с мотозавода. Ну что сказать о нём? Человек творческий, но очень любил «родимую горькую», просто скучал человек, когда не было её долго рядом, но оборудование знал отлично. При необходимости, в сложных аварийных ситуациях мы не могли обойтись без него. Он же ремонтировал оборудование, не считаясь со временем суток и продолжительностью. Особенно это касалось тех случаев, когда за несколько ночных часов нужно было восстановить единственный пластинчатый пастеризатор, а утром дать городу фляжное пастеризованное молоко. Хочется ещё сказать  много добрых, хороших слов в адрес рано ушедшей из жизни – технолога Зайковского молочного завода Булычевой Александры Михайловны – человека с трудной, жестокой судьбой. Ей пришлось рано пережить смерть единственного сына, смерть мужа. Позднее на её долю выпала ответственная, напряжённая работа – пуск в эксплуатацию и освоение нового оборудования, выпуск новых видов продукции на Зайковском заводе после следующей реконструкции цехов и расширении производства в период перестройки при директоре завода Пильщикове Е. Л. Для Александры Михайловны работа была всегда на первом месте, да, по сути, и жизнь её вся проходила на заводе в труде, хлопотах, и заботе о бесперебойной его работе. Высокая ответственность и любовь к своему делу отличали также на Зайковском заводе мастера Балуеву Анну Степановну, лаборанта Кузьминых Валентину, изготовителя продукции Мурзину Екатерину, слесаря-наладчика оборудования Проскурдина Валентина Прокопьевича, который на заводе был незаменим, всё умел и всё мог, своим весёлым характером, нравом и оптимизмом постоянно поднимал окружающим настроение. Можно было бы назвать ещё много ветеранов Ирбитского завода и его филиалов, тепло, с уважением вспоминая тех, кто в трудных условиях (в сырых, тесных, прохладных цехах, с недостаточно эффективной вентиляцией) под неусыпным контролем СЭС, отдела по охране окружающей среды, госмолторгинспекции и ещё ряда других инспекций, при постоянных штрафах из зарплаты за малейшие нарушения, на примитивном (на тот период!) оборудовании, смог с честью выстоять и обеспечивал необходимыми продуктами питания население города и района.
При социализме высоко ценились рабочие профессии, а не те, которые должны были заниматься учётом результатов труда. Рабочие, мастера основного производства зарабатывали в 1,5-2 раза больше руководителей завода и вспомогательных участков. Это было правильно и нормально – они создавали материальные блага. Деньги, конечно, вещь необходимая для обеспечения жизнедеятельности человека, но большинство из нас работали в то время не за «длинные рубли», не за честь и славу, а за совесть, вкладывая ум и душу, в дело, которому служили и которое по настоящему любили.
В период трудовой деятельности не обходила меня и общественная работа: была секретарём комсомольской организации завода, председателем профкома, а будучи уже на пенсии – несколько лет возглавляла заводской совет ветеранов. Характерной чертой того, по сравнению с сегодняшним временем, было большое доверительное отношение, открытость людей. Каждый в коллективе знал очень многое друг о друге и семье: где и кем работает другой из супругов, сколько в семье детей, как учатся, чем занимаются в свободное время. В канун праздников коллектив собирался за большим столом, общались, пели, плясали. В 1988-1989 гг., когда, наконец, вопрос о строительстве нового завода сдвинулся с мёртвой точки, все в коллективе воспряли духом. Параллельно с подготовкой площадки для строительства, забоем свай не прекращалась работа по согласованию и корректировке документации. Совместный штаб городских и районных властей ежедневно держали эту работу под контролем.
Осенью 1989 года, получив телеграмму от родных о тяжёлом состоянии здоровья родителей, требующем постоянного ухода за ними, мне пришлось, не уволившись, срочно уехать в Вологду. Похоронив почти через год родителей одного за другим, я получила сильнейший стресс, заболела и попала в больницу, что явилось препятствием для участия в монтаже оборудования на новом заводе.
После моего отъезда в Вологду работу по согласованию документации на строительство, продолжил директор завода Дубских А. А., который позднее руководил строительством завода и монтажом оборудования. Конечно, основная нагрузка и ответственность по организации наладки оборудования и пуску в эксплуатацию цехов в новом производственном корпусе, а также бесперебойном снабжении продукцией населения города и района в этот трудный и ответственный период, легла на плечи нового директора Пильщикова Евгения Леонидовича, который не только с честью справился с этой задачей, но и уже с первых дней работы новых цехов, нацелил коллектив на расширение ассортимента выпускаемой продукции при её хорошем качестве. В 2013 году жизнь дала мне возможность познакомиться с ещё одним – десятым директором родного завода - Суетиным Сергеем Васильевичем, достойно продолжающим работу,  начатую  Пильщиковым Е.Л. по дальнейшему расширению производства, модернизации оборудования, внедрению прогрессивных технологий, увеличению ассортимента продукции, неуклонной борьбе за её качество. Коллектив производительно работает, активно занимается спортом, дружно, весело, с огоньком отдыхает. На заводе не ослабевает, а умножается забота о ветеранах. Им постоянно оказывается материальная поддержка. Не забывают ветеранов и при проведении различных культурных мероприятий. Мы – ветераны по-прежнему любим свой родной завод, а каждая встреча с ним и друг с другом для нас – большая радость, возможность пообщаться и дополнительный заряд бодрости и энергии в повседневной жизни».

Воспоминания записала внучка Замятина (Коновалова) А. В.,
научный сотрудник МКУК «Историко-этнографического музея»