Мамин – Сибиряк Дмитрий Наркисович, писатель

Мамин – Сибиряк Дмитрий Наркисович, писатель
Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк родился в уральском заводском поселке Висиме, недалеко от Нижнего Тагила, 7 (19) ноября 1852 года в семье небогатого священника. С раннего детства мальчик видел вокруг картины резких социальных контрастов, неустанного труда рабочего и крестьянского населения при безделье и «добросовестном ребяческом разврате» господ, наблюдал не умиравший в народе дух протеста против своего униженного и обездоленного положения. Раннее чтение книг из отцовской библиотеки — сочинений Пушкина и Гоголя, С. Аксакова и Гончарова, Крылова и Кольцова — помогло ему осмысливать и обобщать эти впечатления. Одновременно огромное действие произвела на него суровая, но могучая природа Урала.
Учился будущий писатель сперва в заводской школе, потом — в Екатеринбургском духовном училище (1866—1868), затем — в Пермской духовной семинарии (1868—1872). Здесь через подпольную семинарскую библиотеку он познакомился с произведениями передовой демократической литературы 60—70-х годов — Герценом и Чернышевским, Добролюбовым и Писаревым, Некрасовым и Щедриным, Помяловским и Решетниковым. В те же годы он познакомился через бывших студентов с крупнейшими работами по естествознанию — трудами Шлейдена, Ляйеля, Фогта и других. В результате всех этих влияний у юноши всё более растет дух критики и протеста и складываются взгляды, близкие просветительству Писарева с его культом естественно-научных знаний.
В 1872 году, не закончив семинарского курса, Мамин-Сибиряк переехал в Петербург для поступления в высшее учебное заведение. Он состоял студентом ветеринарного отделения Медико-хирургической академии, потом студентом юридического факультета университета, но по существу всё свое время отдавал занятию литературой. Вскоре по приезде в столицу он «засел» за большой роман из уральской жизни, который должен был, по его планам, положить начало целой серии обширных произведений; для добывания же средств к жизни юноше пришлось одновременно заниматься составлением репортерских отчетов о работе научных обществ для газеты «Русский мир», а затем — срочной работой над небольшими рассказами для мелких петербургских изданий (для журнала «Сын отечества», «Журнала русских и переводных романов», «Кругозора»). Роман Мамина-Сибиряка «В водовороте страстей» был напечатан (1876) отдельным изданием с подписью «Е. Томский».

В 1877 году неудовлетворенность своими первыми произведениями, материальная необеспеченность и начинавшийся туберкулез легких заставили юношу вернуться в положении «недоучившегося студента» на Урал, в семью родителей. Здесь, главным образом в Екатеринбурге, он прожил 14 лет (до 1891 года) и создал наиболее крупные произведения: художественные очерки «Бойцы» и «Золотуха», романы — «Приваловские миллионы», «Горное гнездо», «Дикое счастье», «Бурный поток», «Именинник», «Три конца», повесть «Братья Гордеевы», драму «Золотопромышленники», публицистические очерки «От Урала до Москвы», «По Зауралью», множество мелких рассказов и очерков.
Весной 1891 года он по ряду причин общественного и личного характера переехал из Екатеринбурга в Петербург и с тех пор жил в Петербурге и его окрестностях (Царском Селе, Павловске) до конца жизни. Его творческая работа не прекращалась и на последнем этапе жизни ни на один месяц. В первое пятилетие он и в столице продолжал разработку уральских тем — в романах «Золото», «Весенние грозы», «Без названия», «Хлеб», в повести «Охонины брови» и других. Потом он перешел к темам жизни Петербурга — отчасти в романах «Черты из жизни Пепко», «Падающие звезды», а еще более — в многочисленных рассказах, очерках и этюдах. Особое место в творчестве этого периода заняли рассказы и сказки для детей.
Важную роль в духовной жизни Мамина-Сибиряка последних лет играла близость с Горьким, Чеховым, Станиславским.
Близость Мамина-Сибиряка к народным массам, установившаяся еще с детства, особенно укрепилась в период его уральской жизни. Помимо повседневных встреч с рабочими, мастеровыми, крестьянами, разночинцами, в установленный порядок жизни входят «летние скитания по Уралу», с остановками во всех местах, где были скопления рабочего люда, с обследованием всех замечательных в жизни края мест, с долгими задушевными беседами с «бывалыми людьми» из народа. В результате были изучены места пугачевского движения по реке Исети и в окрестностях Далматовского монастыря (недалеко от города Шадринска), памятники старины на далеком севере, обследованы «заводское действие» на Кыштымских и Тагильских заводах, обработка драгоценных камней-самоцветов в знаменитом поселке Мурзинке, жизнь «старателей по золоту» в окрестностях Березовского завода (около Екатеринбурга), разработка платиновых месторождений близ Висима, Усольские соляные промыслы, содовые заводы в Березняках, первая в Сибири писчебумажная фабрика (близ города Тюмени).
Во всех этих «творческих разведках» Мамин-Сибиряк выполняет обычно несколько задач. Он всегда пристально всматривается в родную и любимую природу, внимательно изучает технику и технологию производства, но больше всего интересуется трудом и жизнью народа. В жизни масс он ищет ключ к решению всех вопросов, опору и источник нравственной силы, глубокую основу мировоззрения. «...припомни братца Антея и русских богатырей, которые, падая на сырую землю, получали удесятеренную силу, — поучает он брата Владимира, пробовавшего тоже вступить на литературный путь. — Это — глубоко верная мысль. Время людей-космополитов и всечеловеков миновало, нужно быть просто человеком, который не забывает своей семьи, любит свою родину и работает для своего отечества».

...Большая заслуга Мамина-Сибиряка состояла в том, что он дал в своем творчестве острое социальное раскрытие современной действительности, опираясь при этом на один из важнейших принципов литературы критического реализма. В его творчестве никогда не изображаются просто богатые и бедные, но всегда — эксплуататоры и эксплуатируемые, люди, продающие свою рабочую силу, и люди, ограбляющие народный труд. Рядом с буржуазными дельцами-предпринимателями Ляховскими, Половодовыми, Архаровыми в его изображении выступает «знаменитая пристань, с которой народ отправляет свое богатство и остается голодать, вот изнанка Ирбитской ярмарки, ее подкладка, вот источник богатства Архарова, благодетеля... Толпы бурлаков — перекатная голь, захудалые, обросшие, грязные, голые, беднее самой бедности...».
Для самого построения образов Мамина-Сибиряка, как увидим дальше, очень характерна эта особенность — стремление раскрыть жизнь и людей под социальным углом зрения. Такое обнажение социальных противоречий имело, разумеется, огромное прогрессивное значение: оно двигало общественное сознание вперед, не давало забыться в мещанском самодовольстве.
Очень важное значение в эстетической теории и художественной практике Мамина-Сибиряка имело требование национальной тематики и национального своеобразия русской литературы и русского искусства в целом. Восхищаясь художниками-передвижниками, он выше всего ценил то, что в их созданиях «разливалась» «специально наша русская поэзия, оригинальная, мощная, безграничная и без конца родная». «Красота вообще — вещь слишком условная, а красота типичная — величина определенная», — прибавляет он. Настоящий русский художник должен глубоко чувствовать дыхание родной земли и понять всю прелесть ее неповторимого своеобразия — своеобразия русского ума и характера, быта и нравов, родной природы. Он сам знал и живо чувствовал особые краски и черты русской жизни и, по собственному заявлению, разрабатывал родной материал «с упоением влюбленного, радуясь каждому удачному штриху». К русским писателям, художникам, ученым он многократно обращался с призывом изучать прежде всего нашу родную жизнь и природу.
В основе этих требований лежало, конечно, страстное патриотическое чувство, которое составляло нравственную основу всей личности Мамина-Сибиряка. Эти прогрессивные литературно-эстетические взгляды были положены в основу художественной практики Мамина-Сибиряка...

***

Первым из уральских романов является роман «Приваловские миллионы», напечатанный в журнале «Дело» в 1883 году, который писался, по неоднократным заявлениям Мамина-Сибиряка, около 10 лет. В черновиках сохранились шесть различных редакций «Приваловских миллионов» под разными заголовками («Семья Бахаревых», «Каменный пояс» (двух редакций), «Сергей Привалов», «Последний из Приваловых», наконец — «Приваловские миллионы»). Вбирая в каждую новую редакцию всё новый и новый жизненный материал, вкладывая новое идейное содержание, Мамин-Сибиряк последовательно совершенствует художественное мастерство, улучшает композицию, доводит до большой реальности образы.
Основная направленность в зарисовке главных образов «Приваловских миллионов» — сатирическая. Изображены целые семьи хищников, объединенных вокруг главного героя, Сергея Привалова, единственным стремлением — урвать жирные куски из унаследованных им миллионов. Борьба за эти миллионы и составляет центр действия романа, в этой борьбе раскрываются основные черты всех действующих лиц.
На первом плане в произведении стоят наиболее крупные хищники, распоряжающиеся огромным наследством Привалова в качестве официальных опекунов, именно: старик-миллионер Ляховский и председатель земской управы Половодов. В характеристике каждого из них автор раскрывает и некоторые индивидуальные черты: в Ляховском, который составил состояние какими-то темными махинациями, Мамин-Сибиряк показывает остатки смелого скептического ума, большое знание людей и уменье пользоваться их слабостями, хитрость, зоркую наблюдательность. В Половодове зарисован хищник нового типа, добивающийся популярности хлесткими ораторскими выступлениями, прикидывающийся славянофилом и преданным земле человеком.
Не одинаковыми они показаны и в быту. У Ляховского нарастающая жадность перешла в скаредность, заставляющую его обсчитывать кучера и чуть не ежедневно вступать с ним в пререкания, экономить двугривенный, нужный для уплаты извозчику во время пожара. Половодов, наоборот, ведет роскошный образ жизни, демонстрирует широкое хлебосольство, увлекается дорого стоящими развлечениями, прежде всего — интрижками с соблазнительными женщинами сомнительного поведения.
Но, отмечая у Ляховского и Половодова эти индивидуальные различия, Мамин-Сибиряк ставит на первый план черты, свойственные им обоим и типические вообще для представителей буржуазии, именно: безумную страсть к наживе, волчье хищничество, жестокий эгоизм и себялюбие. Оба эти хищника уже выхватили значительную долю наследственных богатств Привалова, а с его приездом в город Узел (имеется в виду бывший Екатеринбург, где и развивается действие романа) они напрягают все усилия на то, чтобы сохранить и расширить свои грабительские опекунские права.
Мамин-Сибиряк с большой художественной убедительностью показывает, как безумная жажда золота, хищничество уничтожают в этих людях все живые человеческие чувства и приводят их к забвению всех основ морали. Каждый из них способен отдать Привалову на время собственную жену (так и поступает Половодов), навязать ему в жены дочь (так делает Ляховский), вообще путем любых «приманок» отвлечь его от активной борьбы за наследство. Густыми и сочными штрихами Мамин-Сибиряк рисует атмосферу глубокого нравственного растления, которая вторгается в буржуазное общество вместе с жаждой наживы.
Мамин-Сибиряк показывает, что эта атмосфера растления, заразившая прежде всего семьи главных хищников, распространяется затем на всё буржуазное общество. Ляховский потратил много усилий, чтобы воспитать нормальных и порядочных людей из своего сына Давида и дочери Зоси, но на них действуют больше не уроки учителей, а наглядные примеры отцов, и из них вырастают аморальные существа, признающие главным законом жизни свои капризы и способные растоптать во имя своих причуд чужие жизни.
Дальше в романе показывается, как черты бесчестности, себялюбия и распущенности становятся господствующими и типическими в жизни всего городского буржуазного общества. Борьба за миллионы захватывает и родственную Половодовым семью Веревкиных, и «трехэтажного паразита» Хионию Заплатину, и золотопромышленника Лепешкина и многих других, — все испытывают неодолимую жажду обогащения и готовы пойти на любые подлости для ее утоления.
Утверждая всеобщность закона капиталистического хищничества, Мамин-Сибиряк показывает, с одной стороны, большое сборище буржуазных хищников на Ирбитской ярмарке, с другой — соучастников буржуазных преступлений из высоких столичных административных сфер. При характеристике компании воротил на Ирбитской ярмарке Мамин-Сибиряк выступает как гневный сатирик-публицист. «Здесь переплелись в один крепкий узел кровные интересы миллионов тружеников, а эта вечно голодная стая хищников справляла свой безобразный шабаш, не желая ничего знать, кроме своей наживы и барыша», — заявляет он. Глядя на эти довольные лица, которые служили характерной вывеской крепко сколоченных и хорошо прилаженных к выгодному делу капиталов, кажется, ни на мгновение нельзя было сомневаться в том, «кому живется весело, вольготно на Руси»...

Боголюбов Е. А. Мамин-Сибиряк // История русской литературы: В 10 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1941—1956. Т. IX. Литература 70—80-х годов. Ч. 2. — 1956. — С. 267—290.