Устинов Иван Лаврентьевич, генерал-лейтенант

Устинов Иван Лаврентьевич, генерал-лейтенант
Родился 1 января 1920 года. В августе 1938 года окончил Ирбитскую фельдшерско-акушерскую школу и направлен на работу в Северо-Уральский ИТЛ НКВД. В Рабоче-крестьянской Красной Армии с ноября 1939 года.
В органах государственной безопасности с 10 июня 1941 года. Учился на курсах оперработников Могилевской школы НКВД, с началом войны назначен оперуполномоченным 3-го отдела 6-й кавдивизии (Белосток), однако попал в окружение и не смог прибыть к месту службы. По прибытии в Могилев был направлен в распоряжение резерва оперсостава. Затем назначен оперуполномоченным, в 1942 г. — старшим оперуполномоченным 2-го отделения ОО НКВД — ОКРО СМЕРШ по 16-й (с мая 1943 г. — 11-й гв.) армии, Западный, 1-й и 2-й Прибалтийские фронты. С апреля 1944 г. — начальник ОКР СМЕРШ 83-го армейского полевого эвакопункта, с января 1945 г. — начальник ОКР СМЕРШ 3-го отд. учебного танкового полка, 3-й Белорусский фронт.
После войны продолжил службу в военной контрразведке. С ноября 1945 г. — заместитель начальника ОКР СМЕРШ — ОКР МГБ по 36-му гв. стрелковому корпусу, ПрибВО, с апреля 1941 г. — заместитель начальника 3-го отдела УКР МГБ по ГСОВГ, с ноября 1952 г. — секретарь парткома УКР МГБ — МВД — УОО КГБ по ГСВГ. В дальнейшем занимал должности:
начальник 3-го отдела УОО КГБ по Группе советских войск в Германии (декабрь 1954 — январь 1957 г.);
с января 1957 по 1958 г. — заместитель начальника ОО КГБ по 69-й воздушной армии;
с 1958 по 1963 г. — начальник ОО КГБ по 6-й танковой армии;
с 1963 по 1966 г. — заместитель начальника УОО КГБ по Дальневосточному военному округу;
с 1966 по февраль 1968 г. — начальник УОО КГБ по Дальневосточному военному округу;
с февраля 1968 по 1970 г. — заместитель начальника 3-го Управления КГБ при СМ СССР;
с 4 сентября 1970 по ноябрь 1973 г. — начальник 3-го Управления КГБ при СМ СССР;
с 1974 по 1981 г. — начальник УОО КГБ по Группе советских войск в Германии;
в 1981 г. переведен в действующий резерв КГБ: работал советником председателя Госплана СССР — начальником службы безопасности с 1981 по 1991 г.
В 1991 г. уволен в отставку.

Звания: генерал-лейтенант (1971 г.).
Награды: 2 ордена Красного Знамени, орден Отечественной войны I степени, 3 ордена Красной Звезды, медали, зарубежные награды.


Ю. Чащин "Дело всей жизни"

Известно: судьбу не выбирают, а солдатами — не рождаются. Не выбирал себе судьбу и паренек из небольшой ирбитской деревеньки Ваня Устинов, которому суждено было пройти всю Отечественную войну, стать генералом, подняться до руководителя военной контрразведки Советского Союза.
Однако, ввиду крайней секретности его работы, до недавнего времени ирбитчане ничего не знали о своем земляке. Только в конце 90-х годов появились статьи в «Восходе», «Уральском рабочем» и журнале «Родина», приоткрывшие завесу тайны под деятельностью генерал-лейтенанта Ивана Лаврентьевича Устинова.
Родился будущий контрразведчик 1 января 1920 года в деревне Малой Бобровке (Попишата) Ключевской волости Ирбитского уезда в крестьянской семье. Располагалась Малая Бобровка в 15 километрах к западу от Ирбита на берегу речки Черепанки, напротив деревни Чащиной. В 60-е годы прошлого века деревни объединились в одну — Чащину.
Прадед генерала — Маркел Лукич Устинов — родился в 1785 году в селе Березовском Ирбитского уезда. 25 лет жизни, с 1805 по1830 год, отдал он службе царю и Отечеству. Как видно, выпало ему нести государеву службу в годину славных побед русского оружия.
Дед, Алексей Маркелович, родился в 1847 году. Семи лет от роду его отдали на воспитание в деревню Малую Бобровку к родственникам. Было у него пять сыновей и две дочери. Братья не посрамили памяти деда: Трофим отслужил 15 лет в лейб-гвардии гренадерском полку в Москве. Федор служил в лейб-гвардии последнего императора, а в первую мировую войну сражался в русском экспедиционном корпусе во Франции. Ефим погиб в 1916 году при Брусиловском прорыве.
Был участником германской войны и старший из братьев — Лаврентий (1876–1932), отец будущего главного контрразведчика Советского Союза. В жены он взял Устинью Емельяновну, в девичестве — Буланову, из деревни Булановой, что возле Ирбита. Родилось у них четверо детей — три сына и дочь: Александр, Василий, Иван и Раиса. Александр (1910–1950) в годы Великой Отечественной войны был в трудовой армии — работал на Алапаевском металлургическом заводе в горячем цехе. Василий (1912–1982) — участник Отечественной войны; ирбитчанам старшего поколения он хорошо известен благодаря своему труду на ниве народного просвещения. Сестра Раиса (родилась в 1924 году) всю жизнь проработала в диспетчерской службе на железной дороге.
Младшему из братьев, Ивану, выпала особая судьба. По окончании в 1932 году Чащинской начальной школы он продолжил образование в Ирбите. Отца уже не было в живых; во время летних каникул работал в колхозе «Красный бобровец», помогая маме зарабатывать трудодни. После завершения учебы в семилетке поступил в Ирбитскую фельдшерско-акушерскую школу, которую окончил в 1938 году. Полтора года проработал в СевУраллаге, лечил заключенных. В 1939 году был направлен на учебу в Камышловское военно-пехотное училище, по окончании которого 10 июля 1941 года получил звание лейтенанта.
Войну Иван Устинов встретил на минском направлении офицером связи 16-й армии (впоследствии переименована в 11-ю гвардейскую) генерал-лейтенанта М.Ф. Лукина. В обстановке отступления войск Западного фронта Устинов вместе с комиссаром Лебедевым создали из разрозненных бойцов и командиров сводный отряд в 200 человек. После изнурительных боев они сумели вырваться из окружения и соединиться частями Красной Армии. В штабе армии Устинов познакомился с новым командиром генерал-майором К.К. Рокоссовским, с которым будет связан на долгие годы.
Фашистская Германия, развязав войну против СССР, пыталась развернуть широкую подрывную деятельность. Свыше 130 разведывательно-диверсионных школ готовили диверсантов для заброски в тыл советских войск. Органы военной контрразведки вели поиск диверсионных групп противника в районах боевых действий, занимались сбором информации о вражеской агентуре и ее ликвидацией, организовывали проникновение в разведывательные органы противника.
В армейскую контрразведку и попал прошедший боевое крещение молодой лейтенант. Отныне кропотливая работа бойца «невидимого фронта» станет делом всей его жизни.
В октябре 1941 года, когда начинала разворачиваться битва за Москву, Устинов познакомился с другим прославленным полководцем Отечественной войны — Г.К. Жуковым.
В течение 1942–1944 годов И.Л. Устинов активно боролся с армейской разведкой противника на Западном, Брянском, 3-м Белорусском фронтах, был разработчиком и руководителем операций по разоблачению и уничтожению разведывательно-диверсионных групп врага, агентов абвера.
На заключительном этапе войны капитан Устинов возглавил отдел контрразведки «Смерш» , вел работу по срыву подрывных акций противника, розыску оставшихся сотрудников немецкой администрации и законспирированных агентов, выявлению изменщиков и предателей Родины.
Начавшаяся в 1946 году холодная война не оставила контрразведчиков без дела и в мирное время. Особенно активно разведки западных стран действовали в Германии, где Устинов возглавил закордонный отдел военной контрразведки. После будет руководство военной контрразведкой Киевского и Дальневосточного военных округов. Постепенно Иван Лаврентьевич вырос в крупного военного деятеля, и в 1968 году ему доверили возглавить всю военную контрразведку СССР. Он вошел в состав коллегии Комитета государственной безопасности. В это время Устинов работал под руководством председателя КГБ Ю.В. Андропова.
С 1973 по 1981 год генерал-лейтенант И.Л. Устинов находился в ГДР — возглавлял военную контрразведку Группы советских войск в Германии. Конец 70-х — начало 80-х годов характеризовался обострением холодной войны, и Иван Лаврентьевич опять находился на острие противодействия разведок сверхдержав.
С 1981 по 1991 год И.Л. Устинов являлся первым советником председателя Госплана СССР, новая должность в аппарате Комитета по планированию была введена Ю.В. Андроповым. Первый советник занимался вопросами обороны и безопасности страны.
С 1991 года Устинов находится в отставке. По-прежнему живет в Москве.
Полвека отдал Иван Лаврентьевич службе Родине. Вся его жизнь — это неустанная работа по укреплению обороноспособности и безопасности советского государства, становлению современных Вооруженных Сил. В своей работе он общался с прославленными маршалами Советского Союза К.К. Рокоссовским, Г.К. Жуковым, Р.Я. Малиновским, И.Х. Баграмяном, А.А. Гречко, Д.Ф. Устиновым. Имеет более 40 правительственных наград, в том числе и иностранные.
Несмотря на большую занятость, Иван Лаврентьевич, пока позволяло здоровье, находил время навестить свою малую родину — деревню Чащину. Здесь похоронены его родители Лаврентий Алексеевич и Устинья Емельяновна, старший брат Александр. Приезжая в родную деревню, Устинов обходил родственников, навещал односельчан, интересовался работой и жизнью колхоза.
Помнят и гордятся своим земляком, входившим в высшее руководство Вооруженных Сил страны, жители небольшой уральской деревни Чащиной.


Тайная война генерала Устинова
Газета «Красная звезда» 5 декабря 2007 г. Здесь печатается с сокращениями.

22 июня 1941 года, с началом Великой Отечественной войны, я получил приказ об отбытии в город Белосток, в распоряжение командования 6-й кавалерийской дивизии, которая вступила в тяжелые бои с наступающими немецко-фашистскими войсками. В тот трагический для всего нашего народа день я был молодым лейтенантом, только что окончившим пехотное училище и направленным в Могилев на курсы военных разведчиков.
События развивались очень стремительно. На станции Осиповичи поезд, на котором я ехал, был разрушен бомбовым ударом, а вблизи Минска пришлось вместе с остатками отступающей артиллерийской части вступить в бой с диверсионно-разведывательным отрядом противника. А позднее отступить до Могилева, где создавалась полоса оборонительных сооружений силами вновь прибывших воинских частей. Там же действовал пункт сбора офицеров, отставших от своих частей или потерявших их в ходе боевых действий. На сборном пункте мною было получено предписание выехать в Смоленск в распоряжение прибывшей туда 16-й армии. Я прибыл вместе с двумя старшими офицерами в штаб армии, который располагался в лесном массиве. По прибытии со мной побеседовал ряд офицеров, в том числе руководитель Особого отдела полковник Василий Степанович Шилин. Полковник Шилин разъяснил мне, что это подразделение представляет собой военную контрразведку 16-й армии, в состав которой он намерен назначить и меня оперативным уполномоченным. На первых порах мне в помощь подключат опытного старшего оперуполномоченного капитана Харитонова.
7 июля 1941 года был выпущен соответствующий приказ, и я приступил к освоению весьма специфической работы непосредственно в боевых условиях. С большой благодарностью вспоминаю своего первого учителя и наставника капитана Ивана Степановича Харитонова, прошедшего всю войну в военной контрразведке. Это был опытный профессионал, который не только разъяснил мне правовые основы предстоящей работы, методы и тактические приемы, но и вместе со мной, новичком, совершал поездки в воинские части, на практике показывая, как организовать оперативную работу непосредственно в ходе боевых действий.
В связи с осложнением обстановки, тяжелыми боями за Смоленск, стажировка оказалась кратковременной, и в дальнейшем я работал самостоятельно.
События начального периода войны, непосредственным участником которого пришлось быть, оставили тяжелые воспоминания. Надежды на то, что наше успешно строившееся социалистическое государство легко защитит себя в столкновениях с сильной немецко-фашистской армией, не сбылись. Постоянно возникала мысль о причинах и виновниках происходившей на наших глазах трагедии. Ссылки на внезапность нападения не выдерживали критики.
Сегодня военная и историческая наука в целом тем событиям дала обоснованную оценку. Но нам, в те далекие уже времена, разобраться во всем было крайне трудно.
Военная контрразведка в начальный период войны входила структурно в состав армейского штаба, в ряде случаев выполняла задания командования на сложных участках боевых действий. Мне, молодому офицеру с армейской учебной подготовкой, участвовавшему уже в боевых действиях, помимо освоения новой специфической работы предстояло обучать офицеров военной контрразведки, в основном выходцев из территориальных гражданских органов, владению стрелковым оружием, борьбе с танками с применением боевых гранат и бутылочек с зажигательной смесью, другим боевым навыкам. По указанию командования я постоянно выезжал в войска с конкретными заданиями.
Бои носили ожесточенный характер. Противник постоянно создавал угрозу очередного окружения. Однажды мне, контрразведчику, поручили выехать на железнодорожную станцию Кардымово под Смоленском, оценить состояние прибывающих частей армии и способствовать их продвижению дальше. Одновременно на той же станции предстояло допросить трех раненых пленных немецких офицеров, находившихся в нашем госпитале.
До сих пор в памяти тот допрос. Пленные немцы решительно отказывались отвечать на мои вопросы, ссылаясь на присягу, высказывали уверенность в скорой победе Германии и их освобождении и смотрели на меня свысока. А мы в то время всячески подчеркивали гуманность по отношению к пленным. Те немецкие офицеры были размещены в отдельной чистой палате с новенькими постельными принадлежностями. А как гитлеровцы поступали с нашими пленными, известно всем.
К сожалению, прогнозы пленных офицеров, которых я наслышался, находили убедительное подтверждение. С восходом солнца после обстрела района железнодорожной станции противник начал ее окружать вместе с располагавшимся там военным госпиталем. Наши попытки организовать малыми силами отражение атак не приводило к успеху. Командованию госпиталя было приказано вывозить раненых через ближний лес в сторону Днепра, а всем остальным с боем отходить в том же направлении.
Отстреливаясь от преследующих немцев, я вместе с другими военнослужащими переправился через реку и достиг небольшого леса. А за ним находилась открытая местность, которая была усеяна неорганизованной массой военнослужащих и гражданских лиц, в том числе женщин с малыми детьми. Над ними с воем проносились на малых высотах самолеты противника, сбрасывая бомбы и ведя прицельную стрельбу по мечущимся людям. Одновременно немецкие пилоты рассеивали листовки с призывом сдаваться в плен. Было много погибших, повсюду слышались плач и стоны раненых.
Сегодня можно сказать правду: попытки организации сопротивления, хотя бы стрельбы по самолетам из винтовок, некоторые бойцы воспринимали враждебно, грозились воспрепятствовать этому.
Самое страшное в подобных условиях — подверженность людей общей панике, которая, как известно, непредсказуема и часто исключает здравые, осмысленные действия.
И все же мне тогда удалось сформировать группу из 10–15 военнослужащих и предпринять попытку выхода в лесную местность. К ночи мы вышли к Днепру в районе знаменитой Соловьевской переправы, которая находилась под непрерывным артиллерийским обстрелом. Реально она в тот момент бездействовала, и все попытки ее восстановления успеха не имели. Мы решили преодолеть Днепр вплавь, что и сделали под градом пуль и разрывами снарядов. За рекой уже находились мелкие группы наших военнослужащих, сооружающих простейшие оборонительные сооружения окопного типа.
Я попытался установить место дислокации армейского штаба и своего подразделения. Это удалось. В середине дня я уже докладывал руководителю военной контрразведки об исполнении поручений, обстоятельствах окружения и выхода из него. Выйдя из штабной палатки, прилег под куст и мгновенно уснул. Однако тут же был разбужен и вновь вызван к полковнику Шилину.
Шилин лучше других был проинформирован о происшедших в последние дни событиях, о потерях и предпринимаемых командованием армии мерах. Связь со штабом Западного фронта пока не была восстановлена: направленный для устранения обрыва на линии офицер связи задачу не решил. Возможно, был перехвачен одной из заброшенных в наш тыл диверсионно-разведывательных групп немцев.
Разъяснив мне обстановку в полосе боевых действий армии, Шилин написал короткую записку, адресованную начальнику военной контрразведки Западного фронта Лаврентию Цанаве и подтверждающую мои полномочия офицера связи. Я должен был незамедлительно выехать на грузовичке под охраной трех военнослужащих в район Вязьмы, установить место нахождения штаба фронта и лично доложить руководству о сложившейся обстановке.
В архивных документах 16-й армии сохранилось письменное донесение в штаб Западного фронта, в котором есть такие строки: «Группа военнослужащих, преодолев заслоны окружения, достигла реки Днепр в районе Соловьевской переправы, которая находилась под постоянным артиллерийским обстрелом, разрывами бомб с летающих самолетов. Попытки восстановить переправу остатками инженерно-саперных подразделений успеха не имели. Вблизи переправы скопились значительные группы отступающих военнослужащих с автомобильной, артиллерийской и танковой техникой. Единое руководство отсутствовало. Вскоре в район переправы прибыла группа военнослужащих на легковых автомашинах, которую возглавлял полковник Шилин — начальник военной контрразведки армии. Он незамедлительно решительными действиями приостановил неразбериху, организовал оборону, создал условия для уничтожения прорвавшихся сил наступающего противника, обеспечил восстановление необходимой переправы».
Таким образом действовала военная контрразведка в те трагические времена. К сожалению, Шилин, этот замечательный и смелый руководитель, уже будучи заместителем начальника Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта, зимой 1945 года погиб в Восточной Пруссии.
Указание полковника Шилина об установлении связи со штабом фронта я тогда выполнил. Для установления места дислокации штаба пришлось прибегнуть к помощи военной комендатуры Вязьмы, представители которой с большим нежеланием обозначили нахождение штаба (не словесным разъяснением, а карандашом на карте). В штабе фронта, несмотря на исключительную сложность боевой обстановки, я не заметил какой-либо нервозности, суеты. Всюду соблюдались строгий воинский порядок, необходимые меры маскировки. На душе отлегло.
Меня сразу же принял начальник управления военной контрразведки Лаврентий Цанава, который на беседу пригласил своих заместителей и одного из офицеров штаба фронта. Слушали меня примерно в течение часа с показом реального положения дел на топографической карте. Вопросы были конкретными, по существу. Выразив мне благодарность, Цанава тут же решил в моих интересах все бытовые вопросы, вплоть до замены обмундирования.
Все это осталось в памяти надолго. Прощаясь на следующий день, Цанава сообщил мне, что командующим 16-й армией назначен генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский, сильный и опытный военачальник, и что связь с войсками армии восстановлена.
В последующем, при разоблачении культа личности Сталина и бериевских преступлений, Лаврентий Цанава, как их соучастник, был репрессирован. Однако по начальному периоду Отечественной войны он остался в моей памяти вдумчивым, спокойным, заботливым руководителем, уверенным в нашей победе человеком…

Золотые звезды ирбитчан : Сборник очерков и воспоминаний об ирбитчанах — Героях Советского Союза
Сост. А.С. Еремин, А.В. Камянчук. — Ирбит: ИД «Печатный вал», 2015. ISBN 978-5-91342-009-1




ООО "Печатный вал" (новости)
Александр Камянчук (краеведение)